Верховный суд не применил правила статьи 166 Гражданского кодекса об эстоппеле при оспаривании сделок при банкротстве.
Банк и заемщик заключили кредитный договор. В дальнейшем долг заемщика был переведен на третье лицо. В отношении банка инициировали процедуру банкротства.
Временная администрация банка оспорила сделку по переводу долга, ссылаясь на следующее. Перевод долга повлек замену надежного заемщика на ненадежного, который фактически не вел хозяйственную деятельность, его чистые активы имели отрицательное значение. Новый заемщик не выполнял обязательство по своевременному погашению кредита. Спорная сделка совершена в период, когда банк фактически отвечал признаку недостаточности имущества, она нарушает права и законные интересы кредиторов банка.
Суды трех инстанций отказали в удовлетворении требований временной администрации. Суды учли, что совершение спорной сделки было обусловлено заключением соглашения о залоге требования, по которому банк получил дополнительное обеспечение в размере долга заемщика.
Суды также применили п. 5 ст. 166 ГК, налагающий запрет на оспаривание сделки стороной, которая после ее заключения давала основание другим лицам полагаться на действительность данной сделки.
Верховный суд учел, что новое залоговое обеспечение стало полностью неликвидным к моменту введения временной администрации. Поэтому соглашение о замене надлежащего заемщика на ненадежного нарушило права ординарных кредиторов. Нижестоящие суды не проверили, были ли условия для признания перевода долга подозрительной сделкой.
Кроме того, Верховный суд подчеркнул, что положения п. 5 ст. 166 ГК не применяются к требованиям о признании недействительными сделок по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве. Эти специальные основания недействительности сделок направлены не столько на защиту интересов частноправового субъекта, выступающего стороной сделки, сколько на защиту его кредиторов. В итоге ВС направил дело на новое рассмотрение.
Источник: определение ВС от 08.02.2018 по делу № А40-176343/2016